Главная » 2021 » Октябрь » 18 » Александр Аркадьевич Галич (Гинзбург)
19:27
Александр Аркадьевич Галич (Гинзбург)
1
19 октября 1918 года родился Алекса́ндр Арка́дьевич Га́лич, настоящая фамилия Ги́нзбург (1918–1977; 59 лет).
 
Со дня рождения 103 года.
 
Александр Аркадьевич Гинзбург – советский поэт, сценарист, драматург, исполнитель собственных песен.

Псевдоним – Галич. Литературный псевдоним составлен из первой буквы фамилии автора (Г), первых двух букв имени (Ал) и последних двух букв отчества (-ич).
Направление – реализм.
Жанры – стихотворение, авторская песня, пьеса.
Язык произведений – русский.

Некоторые драматургические произведения:
"Улица мальчиков" (1946), "Вас вызывает Таймыр" (1947-1947, совместно с К. Ф.Исаевым), "Много ли человеку надо" (1959), "Дайте жалобную книгу" (1964), "Матросская тишина" (1957).
Некоторые стихи и песни:
"Облака плывут в Абакан..." (1961), "Сердце, молчи" (1961), "Мы давно называемся взрослыми..." (1963).

ОБЛАКА
Облака плывут, облака,
Не спеша плывут, как в кино.
А я цыплёнка ем табака,
Я коньячку принял полкило.

Облака плывут в Абакан,
Не спеша плывут облака.
Им тепло, небось, облакам,
А я продрог насквозь, на века!

Я подковой вмёрз в санный след,
В лёд, что я кайлом ковырял!
Ведь недаром я двадцать лет
Протрубил по тем лагерям.

До сих пор в глазах снега наст!
До сих пор в ушах шмона гам!..
Эй, подайте ж мне ананас
И коньячку еще двести грамм!

Облака плывут, облака.
В милый край плывут, в Колыму,
И не нужен им адвокат,
Им амнистия – ни к чему.

Я и сам живу – первый сорт!
Двадцать лет, как день, разменял!
Я в пивной сижу, словно лорд,
И даже зубы есть у меня!

Облака плывут на восход,
Им ни пенсии, ни хлопот…
А мне четвёртого – перевод.
И двадцать третьего – перевод.

И по этим дням, как и я,
Полстраны сидит в кабаках!
И нашей памятью в те края
облака плывут, облака…

И нашей памятью в те края
Облака, плывут, облака…


***
От беды моей пустяковой
(Хоть не прошен и не в чести),
Мальчик с дудочкой тростниковой,
Постарайся меня спасти!
 
Сатанея от мелких каверз,
Пересудов и глупых ссор,
О тебе я не помнил, каюсь,
И не звал тебя до сих пор.
 
И, как все горожане, грешен,
Не искал я твой детский след,
Не умел замечать скворешен
И не помнил, как пахнет снег.
 
...Свет ложился на подоконник,
Затевал на полу возню,
Он - охальник и беззаконник -
Забирался под простыню,
 
Разливался, пропахший светом,
Голос дудочки в тишине...
Только я позабыл об этом
Навсегда, как казалось мне.
 
В жизни глупой и бестолковой,
Постоянно сбиваясь с ног,
Пенье дудочки тростниковой
Я сквозь шум различить не смог.
 
Но однажды, в дубовой ложе,
Я, поставленный на правёж,
Вдруг увидел такие рожи -
Пострашней карнавальных рож!
 
Не медведи, не львы, не лисы,
Не кикимора и сова, -
Были лица - почти как лица,
И почти как слова - слова.
 
Всё обличье чиновной драни
Новомодного образца
Изрыгало потоки брани
Без начала и без конца.
 
За квадратным столом, по кругу,
В ореоле моей вины,
Всё твердили они друг другу,
Что друг другу они верны!
 
И тогда, как свеча в потёмки,
Вдруг из давних приплыл годов
Звук пленительный и негромкий
Тростниковых твоих ладов.
 
И застыли кривые рожи,
Разевая немые рты,
Словно пугала из рогожи,
Петухи у слепой черты.

И отвесив, я думал, - дерзкий,
А на деле смешной поклон,
Я под наигрыш этот детский
Улыбнулся и вышел вон.

В жизни прежней и в жизни новой
Навсегда, до конца пути,
Мальчик с дудочкой тростниковой,
Постарайся меня спасти!


ПАМЯТИ Б. Л. ПАСТЕРНАКА

«…правление Литературного Фонда СССР
извещает о смерти писателя, члена Литфонда
Бориса Леонидовича Пастернака, последовавшей
30 мая сего года, на 71-м году жизни, после
тяжёлой и продолжительной болезни,
и выражает соболезнование семье покойного».
(Единственное появившееся в газетах,
вернее, в одной – «Литературной газете»,
сообщение о смерти Б.Л. Пастернака)
 
Разобрали венки на веники,
На полчасика погрустнели…
Как гордимся мы, современники,
Что он умер в своей постели!
 
И терзали Шопена лабухи,
И торжественное шло прощанье…
Он не мылил петли в Елабуге,
И с ума не сходил в Сучане!
 
Даже киевские «письмэнники»
На поминки его поспели!..
Как гордимся мы, современники,
Что он умер в своей постели!
 
И не то чтобы с чем-то за-сорок.
Ровно семьдесят – возраст смертный,
И не просто какой-то пасынок,
Член Литфонда – усопший сметный!
 
Ах, осыпались лапы ёлочьи,
Отзвенели его метели…
До чего ж мы гордимся, сволочи,
Что он умер в своей постели!
 
          «Мело, мело, по всей земле,
          во все пределы.
          Свеча горела на столе,
          свеча горела…»

Нет, никакая не свеча,
Горела люстра!
Очки на морде палача
Сверкали шустро!
 
А зал зевал, а зал скучал –
Мели, Емеля!
Ведь не в тюрьму, и не в Сучан,
Не к «высшей мере»!
 
И не к терновому венцу
Колесованьем,
А как поленом по лицу,
Голосованьем!
 
И кто-то, спьяну, вопрошал:
«За что? Кого там?»
И кто-то жрал, и кто-то ржал
Над анекдотом…
 
Мы не забудем этот смех
И эту скуку!
Мы поименно вспомним всех,
Кто поднял руку!
 
          «Гул затих. Я вышел на подмостки.
          Прислоняясь к дверному косяку…»
 
Вот и смолкли клевета и споры,
Словно взят у вечности отгул…
А над гробом встали мародеры,
И несут почётный…
                    Ка-ра-ул!
1971
Категория: День рождения писателя | Просмотров: 7674 | Добавил: venedy | Теги: Александр Галич, шестидесятник, Поэт
Всего комментариев: 0